Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
22:55 

Этажи.

heavy mental
Мы читали вслух номера машин. Смешно. А листья падали на плечи. И я познакомилась с дяденькой с таксой. А листья предпочли остаться незнакомцами. Так интереснее. Номер машины - это ее фамилия, имя и отчество, само собой. Или зашифрованное послание. Или номер специально для того, чтобы его покричать. И стряхнуть лист с плеча. Или оставить. Или стряхнуть. А он вновь прилетит. Оставить. Листья гладят меня по плечам. Она подарила мне маленький кактус. И я несла его через дорогу и 8 этажей. И потом еще 5 этажей. Я обгоняю лифты в стоптанных кроссовках с развязанными шнурками. И падаю. И садню себе коленки. И считаю синяки на ночь. И пою им песни. И читаю сказки. И мифы. А в лифтах я жму все кнопки подряд и корчу рожи. И слушаю шипенье. Иногда я опускаюсь на пол и начинаю отсчет. Я могу посидеть на грязном полу лифта 30 секунд. А потом резко встать. Перемешав ад и рай в голове. И улыбнувшись соседке. Показав зубы. В оскале. Сделав реверанс. И поехать вниз. А потом идти пешком. Бежать, спотыкаясь и перескакивая ступеньки. И один этаж на лифте. И вверх. И вниз. И пешком. И... А вот мой. Я тут живу. Где я потеряла ключи?

23:51 

"Тень мозгового паразита, Пушкин, без тридцати пять"

heavy mental
- I'm a gay!
- Это зачот.
Шелк согнулась от смеха. Мужчина, сидящий через столик, по-английски сказал, что он всего лишь шутит. А потом мы украли меню в пластиковой рамке. Подбирать листья - это в прошлом. Мы запихали меню в пакет и ушли. Там же был Дабл Каппучин. Наша шпионская чашка кофе. В ботинках и темных очках, да. "На букву "Х" здесь только хрень!" - возмутилась Шелк, искавшая Хармса. Мы переворошили книжный и ушли. Moonsoon читается как Мэнсон. Глюки по Алексею? Светящиеся зубы в метро. Мужчина-дальтоник-холостяк-с синдромом Дауна. Краденое меню. Я настойчиво предлагала утащить вывеску кофейни и убежать с ней. Я объясняла это просто - я всего лишь клептоманка. И как это практично - собственная вывеска! Можно приехать с вывеской на вокзал. И встречать.
- Прихвати с собой в карты в следующий раз.
- А зачем? В покер на раздевание играть?
- Я не умею в покер. И какой смысл играть на раздевание?
- Чтобы раздеться!
Я думала, что от смеха она упадет с дивана. Мы бесились. Катали машинку по полу, фотографировались, мучали свитер, книги и диван. Я пыталась написать ей на дневнике новую запись, а она отнимала у меня клавиатуру. Я сказала маме, что я графиня. И пью из графина. И вообще, это все кофе. С ликером. В метро мы встретили гусеницу. Еще неделя - и заново.

11:43 

Светлячки.

heavy mental
Мне второй раз заехали по голове тяжелой пряжкой от ремня. А я уже хрипела и билась почти что в конвульсиях. Голова кружилась. Это счастье? Нет, не так. Счастье, это ты?
В вагон меня внесли. Я даже ничего не поняла. Очнулась в волосах у какого-то юноши. Покрепче прижала к себе сумку и прошептала ему на ухо: "Вереск..." Он улыбнулся мне. Я изучала его макушку. Все снова стали петь и кричать. Я улыбалась, невольно зарывшись в его волосы.
Сорвала голос на середине. Хрипло орала и сипела. По-моему, я громче всех кричала. Мастер-р-р. Трогательный дядя рядом со мной расплакался на "Беспечном ангеле". Мальчик с другой стороны сидел молча и грустил. Иногда он косился на меня с искренним недоумением. Пару раз я хлестнула его по щеке волосами. Но и это его не развеселило. Кто-то сзади до сих пор не мог поверить, что добрый дядя Кипелов не придет. Он так протяжно его звал, и я жалела, что я не Кипелов. Иначе обязательно бы его обняла и попросила замолчать. И объяснила бы, что другой дядя на сцене - дядя Беркут. Этот кто-то был бы рад. Наверное. Голова кружилась. Счастье, это ты?
Светлячки по залу. Я ничего не соображаю. Бейте меня пряжкой. Разбиты кресты.

12:41 

Рукой не развести.

heavy mental
Кот лижет цемент. Ему чего-то не хватает. Он спит на моем стуле, а я сижу на полу.
Листья мнутся под ногами. Я черкаю календарь черной ручкой. Если перечеркнуть весь октябрь, можно представить, что завтра уже ноябрь. Хотя мне нравится моя осень, очень. Мозаика людей. Ноябрь - это ведь тоже осень.
Мои шнурки поссорились. Они больше не желают завязываться узлом. Я не могу их помирить и хожу, постоянно запинаясь. А на моей подошве жвачка. А на моей ладони капля виноградного сока. Вернуло назад. Я ищу птиц в небе. А там только след от пролетевшего самолета. Я посплю еще пять минут. Еще две. Еще пять. Ладно, сплю до половины, успею. Нет, не буду вставать. Не пойду. Уходи, исчезай.
Ничего мне не хочется. Ноябрь?

@музыка: Жертва талого льда

22:42 

Короткая запись.

heavy mental
А с первого раза мой ник можно выговорить?

23:13 

1-2-3.

heavy mental
Не сплю. На улицах за так дают куски дыни. Потому что мы красивые. Я с трудом встаю. Я с трудом учусь. Я с трудом хожу. Труд делает из меня человека, конечно. Крылья мне из целлофана и кусок земли под ногами поустойчивее. Оттолкнуться. Три-два-один. Успела, прибежала, прилетела. Отдышусь и снова. Нырять, идти, махать. Один-два-три. Стремиться. Искать каштаны. Менять время в часах. И стрелок нет. Только линии, которые светятся. Когда посередине улицы у меня отвалится рука, я подниму ее и буду всем махать. Стану дружелюбной и приветливой. Но тем временем я буду хмуриться и молчать с отрешенным видом. А я расклею наклейки с мышками по всему дому. А я спрячусь под ковром. А я продырявлю булку. И буду утром досушивать феном черную рубашку. И опаздывать. А потом я вбегу под звонок в класс, обогнав учителя.
Это все магнитные бури.

20:32 

Дыхательная система на асфальте.

heavy mental
Настя, ты жива?
Если не считать того, что я была готова выплюнуть свои легкие, то я была жива. Я откашлялась, отплевалась, вытерла платком слезы с лица, разогнулась. Полегчало.
Маша, если ты еще будешь смешить меня, пока я пью, я тебя придушу.
Маньяк кружил вокруг нашей скамейки. Я опять согнулась и приготовилась умирать. Маша потеряла свои туфли. Обе. А потом мы сидели на автобусной остановке напротив нашей школы. Я пыталась позвонить кому-то с помощью ключей от своей квартиры.
Совсем другое. Я рисовала на клочке бумаги волка и говорила сестре, что сейчас оживлю его. Он обязательно ее сожрет. Она молотила кулачками по полу и исходила криком. Она так уверенно кричала, что это неправда. И все равно плакала. А я дышала на волка и рычала. Она была такая маленькая. И я была такая маленькая. Она до сих пор думает, что это неправда. А я только сейчас поняла это. Она всегда была старше меня.
Раскидываю вокруг себя желтые листочки. На них всех написано одно и то же. Чтобы не забыть. Чтобы не забыться по дороге домой. Чтобы сосчитать листья на деревьях и бездомных собак на дороге. Мое любимое время года, параграф десять?
Осторожно.

00:23 

Сидим, курим, считаем мертвых и ждем утра.

heavy mental
Я пойду за дымом от двух труб. По бутылочным стеклам. Расталкивая серые тени локтями. Я найду тебя. В темноте я схвачу тебя за рукав.
Я называла бы тебя светом. Я бы пила тебя до дна, даже если бы ты был с пенками. И пешком за тобой. И по темным лестницам. Я бы даже не стала завязывать шнурки.
Через двадцать минут я нашла ключи. Еще через пять я насобирала 13 рублей по десять и пятьдесят копеек. Не удержалась - перезвонила маме и сообщила, что в ее деньгах не нуждаюсь. Сашка Пушкин, привет.
Фури-кури. Фури-кури-фури-кура.

18:29 

Мокрый Арбат.

heavy mental
За десять минут до Тульской я получила смс, что все отменяется. Все остальное время сеть не ловилась. Не вынимая наушник из ушей, вылезла на первой станции. И очутилась на Арбате. Через пять минут начался дождь. А потом музыка умерла, потому что плеер сдох. Мне очень хотелось обидеться.
Потом я замерзла. Я промочила правый кроссовок. И решила идти домой пешком, несмотря на то, что еще было 7 поездок. Я поскользнулась на ступеньках около Маяковской. У меня не было денег. Я криво попыталась обогнуть человеческий поток и задела локтем кого-то, кто говорил: "Фури-кури на самом деле..." Я закрыла мобильник ладошкой и попыталась написать об этом тете. Я нашла автобусную остановку, написала смс и пошла дальше. К моим ногам упал кленовый лист. Я прошла по нему дальше. Я промочила левый кроссовок. Я ходила кругами. И шла домой в обратную сторону. Мой берет промок. От меня пахло мокрой шерстью. Спустилась в метро и поехала домой - варить горячий шоколад.
Жаль, что не взяла с собой фотоаппарат. Была бы потрясающая серия. "Настя в витринах потерянного города".

22:23 

Оглядываясь.

heavy mental
Сегодня был насыщенный день.
Заправила кровать.
Сходила за молоком.
Вымазалась в белой краске.
Поковырялась в старой штукатурке.
Сфотографировала свой кроссовок.
Не сделала уроки на завтра.
Поговорила со шнурками.
Нашла вилку.
Но не нашла чашку.
Поела сухого какао.
Пятый платок вылез из кармана.
Сегодня был насыщенный день, да.

21:26 

Panem et circenses!

heavy mental
В полной тишине в голове стучат, дерутся... Тикают, да, тикают. Часы. Гул в ушах и дрожащие коленки. Распишитесь здесь, да, здесь, за родителей. Большое спасибо.
Мамочка! У меня теперь пять отцов.
Я протягиваю дневник и прошу каждого расписаться, пытаясь улыбаться непослушными губами. "Если бы у меня были такие оценки, я бы собой гордился! Пять по английскому! Четыре по химии!" - восклицает Холстинин и хлопает себя ладонью по груди. На пять недель вперед я могу получать любые оценки, росписи уже стоят. Я придумаю отговорку для школы завтра. А на этой неделе моим папой будет Артур Беркут.
Испугалась, увидев рядом с Дубом торт. Стало жаль Беркута. Маленький впечатлительный фанат. То есть, просто я.
Шум абсентного моря в ушах.
Дома я говорила со своим правым тапочком и рассказывала ему, как все волшебно. Золотой и серебряный маркер. А я могла бы упасть в толпе кому-нибудь на руки.

19:51 

Сиплый шепот.

heavy mental
Клочки пыли на мониторе. Кладбище батареек в ящике стола. И одежда на кровати, посреди которой я сплю.
Мигающая лампочка. Катышки на ковре. И сухая тряпка на коленях.
Нет у меня времени прибрать, нет. И пускай гитара пылится. И пусть рядом со мной возвышается башня из стаканчиков. Стаканчики из-под йогурта. Обезжиренно. Нейтрально. Серо и пыльно. Состояние души. Солнце мешается с солью.
Холодно. Мокро. Рука устает держать платок у носа. Ветер гуляет под руку с инеем. Под моей курткой. Залезает в рукава, щекочется. Ночное. Отчуждение от отчуждения. Скороговорка.
А под плинтусом все же не стоит. Лучше на кладбище батареек.

21:21 

heavy mental
Ночным ураганом. У меня засуха. У меня творческий кризис. Мне не пишется. И сегодня тяпница, а я одна. Но завтра суббота. И безумное кофепитие с воровскими элементами. Надеюсь. Бесплодие. Поэтому вытряхнула сумку-торбу-сумку на стол.
Ворох бумажек. На клочке написано, что в небе вороны. Поверим.
Листья. Сухие. Некоторые уже давно в пыль. Оранжевую. Пыль забивается под обложки.
Ключи. На дне. От почтового ящика.
Фантики от конфет. Бабочки мои. Летите под стол.
Клад. Семь рублей. Дешевое мороженое в ноябре.
На другом клочке написано, что гитары сухая береста пылала.
Мой берет. Мятый. Как и остальные вещи.
Словарь иностранных слов русского языка.
Письмо в никуда.
Комки котовьей шерсти.
Старая порванная струна.
Загляни в свою сумку и подумай, кто ты после этого.

00:52 

Брести.

heavy mental
Парочка засохших ран. Телефонная будка. Притаилась луна. Все дома - как один.
Съели шоколадку на двоих. И уже не грызет обида. И уже во рту сладко, а в голове пусто. И по улице идет мужчина с трехметровой балкой на плечах. Наш персональный, совсем родной, совсем еще свежий виток в голове, совсем еще новая причуда. Мы бежали за ним на цыпочках. Я пыталась дернуть его за волосы. Он оборачивался. Мы прятались. Мы доедали шоколадку. Мы качались на скрипучих качелях. Мы бросали Алисин мобильник об асфальт. Мы тайком вздыхали по длинноволосым юношам. Или орали это на всю улицу.
Потом мы поочередно представили всех одноклассников в крови и с кишками наружу. А затем я проводила ее до дома. Легла спать в кучу одежды.
Хорошо погуляли.

01:57 

Пусть плачут и засыпают.

heavy mental
Мне иногда так хочется нажать всего одну кнопку. Так хочется вернуться. Так хочется обнять и поставить точку. Так хочется признаться в любви.
Я люблю тебя, ноябрь. Люблю твои холодные улицы и замерзшие руки. Люблю потерявшиеся перчатки и мокрые сапоги. Твои ухмылки и стоны. Твой ветер и слякотный снег. Твою неопределенность. Люблю тебя, ноябрь.
Мы будем бродить по улицам, шумным или пустым? Мы будем приходить домой в темноте? Мы будем вдвоем искать ключи в моем кармане? Мы будем пробовать сыр и запивать его кефиром? Будем красть желе? Я буду говорить глупости? А на полу в метро посидим? Обожаю тебя, ноябрь. Мой милый ноябрь, любовь моя! Сырой серый ноябрь. Четвертый.
Октябрь, между нами все кончено. Мы не можем быть вместе. Мы слишком разные.

20:07 

Дыра в голове.

heavy mental
Почти как смысл жизни. Что лучше - новая обувь, картридж для принтера или нормально функционирующий cd-rom?
Не хочу ходить в кроссовках с дыркой или в старых сапогах, которые мне маловаты.
Не хочу писать доклады от руки.
Не хочу больше пинать системный блок с требованиями, чтобы он прекратил издеваться.
Уже два дня думаю, что обувь лучше. Но..?
Прошепчите мне подсказку.

17:44 

Choke.

heavy mental
Вальсирую. 7 утра. Босые ноги и холодная плитка. Одной рукой я хватаюсь за кипящий чайник, а другой я крепко прижимаю к себе "Удушье".
Смотри также: бронхиальная астма.
Смотри также: асфиксия.
Смотри также: Чак Паланик.
Я разливаю чай по чашкам, разбавляя его холодной водой. Разбавляя еще и еще. До светло-желтой холодной жидкости. Я пью и морщусь. Горячо. Выпиваю вторую чашку. Поклонитесь партнеру по танцу. Когда я вырасту, я хочу быть Чаком Палаником.
Я запихиваю кусок сахара за щеку и шлепаю в мамину комнату. Хитро щурусь.
- Ма! Ма-а-а! Я не хочу картридж. Не хочу cd-rom. Не хочу даже обувь. Давай купим мне на 2000 рублей книг? Много-много книг!
Книжного junkie просят удалиться в школу, да поскорее.
Смотри также: опять опаздываю.
На уроках читаю под партой.

19:24 

heavy mental
А мне безумцы нравятся холодными, мокрыми, сопливыми и злыми. А также в разной обуви и в драных носках в полоску. Безумцы меняются обувью и бредут домой утиной походкой. На одной ноге - кроссовок с дырой, а на другой - сапог до колена со шнуровкой. Безумцы чуть не падают со школьного крыльца. Мы сумасшедшие? Настя, ты выглядишь, как шлюшка. Спасибо. Пойдем. Дай руку мне! Я с крыльца упаду!
Фотографировать первый снег? Я брожу по квартире и щелкаю. Я жму на кнопку. Я запрещаю вытирать пыль. В воздухе мандарины и пустые улочки в темноте. Тают на моих пальцах. Кто сделал мои карманы такими маленькими? Мы кричим в арках, а я пою от радости. Неправда. Я просто хочу согреться. Поэтому и пою. Зяблик.
В прихожей мои мокрые следы, а на пыльных зеркалах мой почерк.

20:34 

Уныние.

heavy mental
00:04 

Мое/твое. Не трогай.

heavy mental
Не люблю, когда за спиной.
У нас два полотенца в ванной. Мои баночки и тюбики - справа, а ее - слева. Я не могу вытираться ее полотенцем. Моя паста всегда справа. Ее крем - слева. Я ношу ее ковбойские сапоги с бахромой. Она моет за мной посуду. Я хожу в ковбойских замшевых сапогах по квартире, отбивая каблуками блюз и потряхивая бахромой. Одно зеркало мое, второе - ее. И не пей из моей чашки. На ее чашке - надпись "I love cofee", а мои чашки меняются каждый день. Сейчас это чашка с воробушком. Я шмыгаю носом, а она никогда не забывает класть на стол салфетки. Я не здороваюсь с соседями. Не беру ее батарейки и не прячу ее пульт от телевизора. Не читаю ее газеты. Она, в свою очередь, читает мои записи в старых тетрадях и ищет мои стихи. Она натягивает шапку на мою голову и собирает заколки с пола. У нас два полотенца в ванной и совсем разные дороги по утрам.

Нетвердый Язык

главная